Интервью с ведущим солистом Красноярского театра оперы и балета Романом Хобта:

- Рома, я не случайно выбрала тебя для своего дебюта. Знаю, что человек ты довольно закрытый, но мы знакомы не первый год, и со мной ты всегда был откровенен. Продолжим традицию?

- С удовольствием пообщаюсь с тобой, хоть и уверен, что журналисты чаще думают о своём имидже, забывая о том, что хотели сказать в действительности…

- То есть, мнение твоё о журналистах, мягко говоря, неважное?

- Скорее «да», чем «нет». Просто, когда понимаешь, что люди даже не стараются спрятать настоящие мотивы своих интервью, своих протеже, насколько и как это сшито…

- …Что между строчек читается заказ..

- Это даже не между строчек, а прямым текстом. Всевозможные статьи, готовые к очередному юбилею или искусственно созданному событию, не только планируют, но и редактируют заинтересованные в этом люди.

- Ты бескомпромиссный человек?

- М-да, и меня это самого иногда пугает. Но я – артист: и если в жизни где-то фальшь и проходит, то на сцене это видно сразу. Считаю, что люди творческих профессий должны служить искусству, а у нас, к сожалению, люди служат себе в искусстве. Глядя на всё это, у меня просто сердце щемит..

- Я знаю, как сильно ты любишь свою работу, театр, сцену..

- Пока..

- ???  Это может носить временный характер?

- Беззаветное служение хорошо во время войны или катаклизмов. Ты не можешь представить, сколько сил уходит на один спектакль. Некоторые теряют до трёх кг веса, наш труд можно смело приравнять к шахтёрскому, а зарплата на 15 разряде ( их всего 16) всего 9 тыс. рублей.

- В чём проблема, брат? Или.. кто виноват? что делать?

- Я понимаю, что проблема эта давно мучает не только артистов, но и учителей, врачей, которые вынуждены работать на три ставки, не спать ночами и т. д. Но я не знаю ни правовой базы, ни бухгалтерии, чтобы хоть как-то начать действовать. За 10 лет работы в театре я пережил 5 директоров: это ненормально. Но я считаю, что нужно чаще говорить об этом, а может даже кричать. И я верю, что меня услышат.

- Будешь воевать? Один?

- Начну с себя, а недовольных много.. вернее, уже возмущённых беспределом, творящимся в театре.

- Но проблема низкой оплаты труда гораздо глобальнее, и выходит далеко за рамки театра..

- Мне не понятно, как чиновники могут нормально чувствовать себя в своём кресле, когда рядом пенсионеры копаются в мусорном баке.

- А если тебе выпадет возможность сесть в это кресло? Согласишься?

- Нет!

- К чему тогда все эти излияния? Выше сядешь – громче крикнешь..

- А может и согласился бы.. Но думаю, что до конца срока не доработал бы.. И вообще, у меня другое призвание… Моя мечта – умереть на сцене! А вот актёрскому мастерству я бы поучился у депутатов: виртуозно играют.

- Рома, у тебя есть друзья?

- Мм.. У меня есть хорошие приятели, коллеги.. Думаю, что друзья познаются в каких-то экстремальных условиях.. Я бы не рискнул кого-то причислить к этой категории.

- Нет ни одного близкого друга? Из детства? Студенчества?

- Мой самый близкий друг – моя жена.

- Тебе повезло!.... Ты не местный?

- Я из Благовещенска, но окончил Красноярскую академию музыки и театра, с тех пор здесь и обосновался.. Считаю себя почти аборигеном..

- У тебя есть хобби? Рыбалка, охота, спорт?

- В детстве и юности я увлекался хоккеем, сейчас только болельщик. Рыбалка меня не привлекает. Поскольку человек я холерический, то она очень быстро мне наскучит. А вообще у меня есть хобби – педагогика.

- Хобби? Я думала, это профессия..

- В моём случае профессия, как хобби. Я уже несколько лет преподаю в той же академии, которую окончил, и получаю от этого несказанное удовольствие!

- В действительности, не всё в нашей жизни измеряется в рублях..

- Конечно нет, но получать за свой труд мизер – унизительно. Инертность человека очень сильна. Возможно, я один не сломаю сложившейся системы, но раз за разом уши людей открываются..

- Что ж, Роман, проблемы обозначили, кто виноват – предположили, а делать-то что будем?

- Как говорят китайцы, будем пробиваться мелкими группами..

- А танки сразу все выпускать?

- Нет, сначала первый, потом второй.